Изнанка небоскреба: из каких элементов состоит и как функционирует современная высотка

Много уже было сказано про внешний вид высотных зданий, можно теперь посмотреть на них изнутри. Главный инженер высотного комплекса «Город Столиц» Олег Твердохлебов рассказал о том, как работают системы небоскребов, а заодно и развеял основные страхи о «заоблачной» жизни.

— Олег Сергеевич, в чем были особенности и отличия строительства небоскреба в «Москва-Сити»? Чем местные условия отличаются от знаменитого города небоскребов на Манхэттене? — Выбор места высотной застройки в Москве был обусловлен геологией. Под нашим комплексом расположен известняковый пласт. Он мягче, чем скальная порода под Манхеттеном, но по сравнению с песчаным или галечным грунтом — это твердая порода. Здесь в XIX веке была настоящая известняковая каменоломня. При строительстве «Города Столиц» на стадии котлована на глубину 20 метров были забиты сваи, каждая в полметра в диаметре. И уже на этом свайном поле заливали основную железобетонную плиту, на которой стоит здание.

— Энергетических мощностей вам хватает? Город вас не подводил? — Изначально на весь район «Москва-Сити» планировалось специально построить ТЭЦ с подстанцией. Это не было реализовано в полном масштабе ввиду нескольких экономических кризисов, которые случились с 2000-го года. Но город все равно дал все нужные мощности. Как главный инженер я доволен также и тем фактом, что энерговооруженность нашего квадратного метра выше, чем в соседних комплексах «Сити». Более того, по практике управления и в связи с развитием энергосберегающих технологий, мы экономим часть выделенных мощностей за счет использования энергосберегающего оборудования, осветительных LED приборов, применяя и другие методы энергосбережения. Нам выделена установленная мощность 57600 КВА, из которой мы реально потребляем примерно 60%. Летом, когда очень жарко, и мы тратим много энергии на кондиционеры, эта цифра доходит до 70%, но не более.

— Были какие-то неожиданности при строительстве? — На этапе проектирования после оценки потребностей потенциальных клиентов было увеличено количество этажей подземного паркинга до 6 уровней. Все остальные высотки не стали тратиться на паркинг, и он у них либо маленький, либо совсем отсутствует. Например, в некоторых башнях паркинга нет вообще, и их собственники покупали машиноместа у нас.

— Почему так получилось? — Это вопрос к представителям других башен. Наш комплекс проектировался американским архитектурным бюро NBBJ. А Америка страна с высокой автомобильной культурой. Они понимают, что для каждого апартамента надо минимум два машиноместа. И людям, которые приезжают в офис, тоже нужно куда-то ставить свои автомобили. Мы проводили оценку востребованности машиномест в «Москва-Сити», она высокая. Поэтому возле другого нашего небоскреба «ОКО» мы строим самый большой в Европе паркинг на 3400 машиномест.

— Помимо парковки были какие-то неожиданности? — С другой неожиданностью мы встретились позже, уже при эксплуатации. Большая проблема «Москва-Сити» в том, что статус жилых апартаментов юридически не определен, и апартаменты гостиничного типа, предназначенные для жилья, используются под офисы.

— Покупатели превращают свои квартиры в рабочие места? — Собственники, например, «Города Столиц» сдают апартаменты в аренду, в том числе и под офисы. И это проблема, с которой мы боремся, так как вопрос не только в неудобстве для жителей. Существуют нормы пожарной безопасности. И если апартаменты спроектированы под жилье, соответственно предполагается, что количество проживающих в них не будет превышать нормы, допустимые, скажем, при эвакуации.

— Какие пути эвакуации у вас предусмотрены? — Эвакуация из высоток происходит только по эвакуационным лестницам. После теракта 2001 года на Манхеттене конструкция всех небоскребов в мире, в том числе и нашего, предусматривает ядро жесткости с бетонными стенами метровой толщины — это своеобразный позвоночник башни. Внутри него находится незадымляемые и негорючие эвакуационные лестницы. В каждой высотке «Города столиц» их две. Пропускная способность достаточна для того, чтобы все жильцы спокойно спустились вниз. — Долго им спускаться? — В среднем 24 минуты. Я сам лично ходил с крыши башни «Москва», у меня это заняло 19 минут и 1225 ступенек.

— А эвакуация вертолетом предполагается? — Разумеется, у нас есть на кровлях специальные вертолетные площадки. Но основное направление — это эвакуационные лестницы.

— Помимо пожара высотке может угрожать, например, землетрясение… — В истории Москвы есть упоминания о землетрясении 1977 года магнитудой 3-4 балла, но на протяжении уже многих лет наш район считается сейсмически малоактивным. Тем не менее, наши высотки рассчитаны на землетрясения до 7 баллов. То есть даже при 7 баллах разрушений не предполагается.

— А может ветер повалить небоскреб? Правда, что все небоскребы качаются от порывов ветра? — Правда. Все небоскребы в мире качаются, и эта особенность сразу же учитывается при проектировании. Сам железобетонный каркас даже в спокойном состоянии предполагает небольшие отклонения от ветровой нагрузки. У нашей башни «Москва» они составляют, например, до 40 сантиметров. Шпиль Останкинской башни, для сравнения, качается на несколько метров.

— Как часто надо делать капремонт небоскреба? — Сама железобетонная конструкция не требует капитального ремонта. Что касается инженерных систем, систем водоснабжения, кондиционирования, лифтов — все эти системы имеют собственные циклы обслуживания и плановой замены изношенных элементов. Поэтому для небоскреба такое понятие, как капремонт, неактуально.

— Сколько вообще высотки живут? — На телеканале Discovery недавно был цикл передач про то, что будет, если человечество исчезнет с лица земли и небоскребы останутся без эксплуатации, как их будет поглощать природа. Они 300-400 лет отвели высоткам на Манхеттене. Наши небоскребы, полагаю, проживут без эксплуатации столько же.

— Были прецеденты, когда сносились ветхие небоскребы? — Сносы были только на Манхеттене, но там под снос попали не самые высокие здания 20-30-х годов. О сносе современных гигантов никто не думает. Это же история.

— Но в теории как это будет происходить? Они что, будут на бок падать? — Не будут. Они просто будут стоять до тех пор, если кто-то не захочет их разобрать. Собственно демонтаж предполагает определенные методы разборки зданий, начиная с верхних этажей.

— Если говорить о фобиях, то еще один сильный страх — разбить стекло и выпасть с большой высоты. — Конструктивная прочность стеклопакета такова, что если мы, например, возьмем стул и кинем его в стекло, то оно не разобьется. То есть разбежаться и пробить стекло своим телом у вас не получится. Я сам бил стекло что есть мочи, но ему ничего не было. Оно произведено по специальной технологии. На случай пожара весь фасад комплекса оборудован спринклерами (разбрызгивателями), которые в случае сильного повышения температуры орошают и охлаждают стекло, не давая ему перегреться и треснуть.

— Где самые быстрые лифты — у вас или соседей? — Они везде одинаковые, их скорость 7 метров в секунду. Минимальная скорость определена требованиями к пожарному лифту, который должен подниматься под крышу менее чем за одну минуту. Отдельное внимание хочу обратить на лифты для пожарных. Они имеют повышенную огнестойкость кабины и огнестойкие двери шахт на этажах. Максимальная скорость ограничена, в первую очередь, высоким сопротивлением воздуха. Для его преодоления у скоростных лифтов даже есть обтекатели, как у ракеты. Кроме того, каждые 12 метров высоты давление изменяется на один миллиметр ртутного столба. Если быстро подняться на 300 метров, то люди со слабой сердечно-сосудистой системой могут почувствовать себя плохо из-за резкого падения давления. Поэтому и существуют ограничения по скорости для пассажирских лифтов.

— При 7 метрах в секунду перепад давления не ощущается? — Ощущается, но вреда здоровью нет. Может разве что немного заложить уши.

Источник: riarealty.ru